Хэдхантер. Книга 1. Охотники на людей - Страница 5


К оглавлению

5

Борис слушал. Старался слушать.

Время шло.

— Отмечается повышенный спрос на молодых девушек с эффектными внешними данными и здоровых женщин детородного возраста… Специфика высокодоходной легальной секс-индустрии… Товар двойного назначения… Длительное интимное пользование… Приумножение капитала…

«Еще какое приумножение, — усмехнулся про себя Борис. — Если трéска родит, ребенок автоматически становится собственностью ее владельца».

— Говорят, после результативного рейда хэду положен трес-бонус, — прокашлялся кто-то. — Я бы телку себе взял…

— Фигня все это на постном масле, — тут же осадили мечтателя. — Слишком дорогое удовольствие. Трес на халяву — круто даже для хэдхантера. Может, командиру и обломится — остальные премией обойдутся.

— А хоть бы и так! Хэдовскую премию на хуторе за год не заработаешь.

И это было правдой.

— Инвесторы все активнее осваивают новый перспективный сегмент трес-рынка… — интриговал ведущий на телеэкране. — Малолетние и несовершеннолетние тресы, как выгодное долгосрочное вложение, привлекают внимание…

Чье именно внимание привлекают дети-тресы, Борис не дослушал. Снова открылась дверь. Из кабинета вышел Крыс, сияющий, как начищенный сапог. Неужели и этого взяли? Хреново, если так! Имеющиеся в хэдхантерской группе вакансии сокращались быстрее, чем предполагал Борис. Этак до него дело может и вовсе не дойти.

— Берестов!

Дошло! На этот раз прозвучала-таки его фамилия. Борис вскочил на ноги. Ноги, как ни странно, держали твердо. Пока.

Глава 2

— …И вас не смущает, что придется охотиться на людей?

Вопрос был неожиданным. Подобные вопросы не принято было задавать. Тем более вот так — в лоб. А уж от хэдхантера он ожидал услышать это меньше всего.

Очередное испытание?

— Не смущает, — отчеканил Борис, не отводя глаз от лица собеседника.

Лицо у хэда было спокойное, уверенное, с незапоминающимися чертами и шелушащейся обветренной кожей. Приветливая, но в то же время и холодная, как сталь на морозе, улыбка. Синие, чуть навыкате, глаза. Ранняя седина в волосах. А может быть, и не такая уж ранняя: точно определять возраст по таким лицам непросто.

Командир охотников был невысок и невзрачен. За его неброской внешностью и несуетливыми движениями чувствовалась скрытая сила. Этот человек возглавлял хэдхантерский взвод — не большое, но и не маленькое рейдовое подразделение, состоящее большей частью из отчаянного народца. Таким не всякий сможет управлять.

Взводный сидел за широким столом с облезлой, исцарапанной столешницей. Сильные жилистые руки лежали на раскрытом досье.

«Мое», — сразу понял Борис. Однако виду не подал. Хэдхантер на бумаги не смотрел. Он смотрел на кандидата.

На правом рукаве охотника скалился хэд. Черный череп за белой решеткой. Всем известная хэдхантерская эмблема, давшая название и тем, кто ее носил. Погон, подобно военным или прочим силовикам, хэды не носили. Охотники, как правило, действовали небольшими мобильными группами и знали своих командиров в лицо. Знаки различия им были просто не нужны.

— Почему, Борис Евгеньевич? — Человек за столом склонил голову к плечу. — Почему вас это не смущает?

— Ну… — Борис терялся все больше. Он не знал, что отвечать и как отвечать… Не знал, что будет правильно и как будет правильно в данной ситуации. — Речь ведь идет об отлове неграждан… диких, которые мало отличаются от зверей, и…

— И? — улыбнулся ему уголками рта хэдхантер.

— Ну и о пополнении трудовых ресурсов, без которых… без которых… без которых все развалится окончательно и бесповоротно.

— Ну, вы же сами знаете… Конечно, не можете не знать.

Борис чувствовал себя преглупо, озвучивая прописные истины — не то чтобы очень старые, но уже успевшие набить оскомину.

Собеседник, чуть прикрыв глаза, кивал со слабой улыбкой. Соглашался? Одобрял? Подбадривал? Или вообще его не слушал?

— Короче, диким одна дорога — в тресы, — отрезал Борис. — А тресы — они ведь…

— Рабы, — неожиданно вставил собеседник. Веки распахнулись.

Синие глаза смотрели на Бориса в упор. Глаза дырявили его насквозь.

— Что? — Борис насторожился. Он был сбит с толку и совершенно не представлял, как следует продолжать этот странный разговор.

— Давайте начистоту, Борис Евгеньевич. Благо нас сейчас никто не слышит.

Никто? Вообще-то поручиться за это Борис не мог. Что мешало охотникам утыкать кабинет жучками?

Но зачем?

Борис недоумевал. Человек, сидевший напротив, говорил слова, которые попросту не положено говорить хэду:

— В стране узаконено старое доброе рабство, хотя об этом и не говорится прямо. И основа этого рабовладельческого строя, построенного на новый лад, не президент, не правительство, не Дума, и даже не трес-торгаши. Основа его — мы, поставщики живого товара. Мы находим товар, и мы везем его на рынок. И по большому счету именно мы первые ломаем свободного человека, превращая его в раба. Потом-то все идет проще и легче…

Борис помалкивал и слушал. Охотник говорил, не отводя от него взгляда. Глаза хэда не моргали.

— Работа хэдхантера — денежная. Потому что грязная. Или наоборот. Грязная, потому что денежная. Что, собственно, не важно.

Борис слушал дальше.

— А еще наша работа опасная. Дикие имеют дурную привычку сопротивляться. В прошлом рейде мы потеряли несколько человек.

5